Комментарии

16 ноября — 101 год со дня рождения писателя-земляка Константина Дмитриевича Воробьева. Счастье шагать рядом

13 ноября

285

0

Вот и подошёл 101-й день рождения гордости земли Медвенской – писателя Константина Дмитриевича Воробьёва

Наверно, я сейчас выскажу спорную мысль: судьба К.Д. Воробьёва истинно счастливая судьба. Да, были тяжёлые детство и юность, и чистую молодость его пытался втоптать в лагерную грязь фашизм, и скучные серенькие люди в футлярах не находили в себе смелости посмотреть прямо в глаза воробьёвской музе, у которой уж точно лица не общее выраженье… Но Воробьёв вышел из всех испытаний победителем. В глухом глубинном селе, только-только сбросившем кандалы безграмотности, полуголодный мальчик ощутил в себе движение света, то, что принято называть искрою Божией. Не было рядом опытного наставника, который помог бы ему осознать своё назначение, взял крепко за руку, направил на судьбоносную стезю. Костя пошёл в одиночку и опять же сам с первых шагов выбрал не накатанную дорогу сытого литератора, а тернистый путь истинного подвижника. Исповедальное Высоцкого: «Не единой буквою не лгу!» – это и о Воробьёве.
Если под последним изданием книг писателя можно поставить дату его смерти, то есть повод заплакать. У истинного мастера слова книги продолжают жить и после роковой черты; они приходят к людям, которые влюбляются, страдают и радуются совсем уже в ином мире. Такое вот оно, бессмертие. Это величайшее писательское счастье выпало на долю Воробьёва. А ведь подавляющее большинство его современников (с когда-то громкими именами) двадцать первый век не взял на свои книжные полки.
Бойцу партизанского отряда Воробьёву довелось увидеть солнце Победы. И о великом времени этот по-чеховски красивый человек сумел рассказать так, как никто ещё не рассказывал. Есть в его «Это мы, Господи!..» что-то от героического эпоса, от дантовской «Божественной комедии».
На долю Воробьёва выпало и большое человеческое счастье. Среди режущих обломков покорёженного металла, шипов колючей проволоки, там, где убивали не только тело, но и калечили душу, пробился подснежник. На войне Константин Дмитриевич встретил любовь, товарища «на всю оставшуюся жизнь» – Веру Викторовну. Сохранилась фотография 1946 года: с нежностью, как хрупкое чудо, держит прошедший сквозь сто смертей боец дочку Наташу. В переводе с латинского имя это означает «родная». Наталия Константиновна оказалась истинной дочерью талантливого отца. Она смогла взять в свои надёжные руки его перо – главное, наверное, наследство. И так совпадают с этой мыслью строки из её письма: «Отцу очень шла военная форма! Я его с младенчества запомнила таким красивым и статным, «готовым к подвигу»… Так, наверное, я бы сегодня «сформулировала» своё ощущение от этого прекрасного русского человека, подарившего мне жизнь и, по сути, – интересную судьбу (благодаря ему самому, он – главный в моей личной судьбе!)».
Человек удивительно щедрой души, Н.К. Воробьёва никогда не отказывает в помощи тем, кого волнует судьба «ратника правды». Вот и в музей им. Д.Я. Самоквасова прислала она новые материалы. Эти бесценные свидетели прошлого стали частью экспозиции, открытой к дню рождения писателя. Прежде всего, посетителей привлекает книга дочери об отце. Уже само название, «Самостоянье Константина Воробьёва», обещает: читателя ждёт рассказ особого звучания. Я бы посоветовала педагогам очень внимательно изучить эту книгу со своими воспитанниками. Не только потому, что дополняет она батальное полотно жизни Воробьёва яркими неожиданными красками. Есть ещё одна причина. Всем нам известно, что Воробьёв был мужественным солдатом, настоящим писателем, истинным гражданином. Но из «Самостоянья» мы узнаём, каким он был Отцом. Для растущего человека это чистый родник.

Наталия Константиновна прислала в музей более ста фотографий. Под ними – её «Сказ о Воробьёве в Литве». И веет от заметок чем-то бунинским, чем-то до боли знакомым и бодро новым. И идёшь по литовским дорогам по следам Воробьёва, и сильно бьётся сердце в предчувствии откровения. Наш земляк жил в Вильнюсе с 1946 года. Недавно в Литве была издана «Книга памяти Вильнюса». В ней есть страницы, посвящённые русскому писателю К.Д. Воробьёву. Мы следуем за Наталией Константиновной и оказываемся в удивительном месте. Яркие пряничные домики словно просят: откройте дверь! Это картины Мстислава Валериановича Добужинского, художника, «воспевшего» Вильнюс и Каунас. Есть на тёплых полотнах и улица Тилто (Мостовая), где в коммуналке жил Воробьёв. А Наталия Константиновна зовёт нас уже в другое, по-особому дорогое место. Это трёхкомнатная квартира Воробьёвых в коммуналке на четыре семьи на улице, носящей имя литовского просветителя Йонаса Басанавичюса. «При поляках, – узнаём мы от Наталии Константиновны, – улица называлась Большая Погулянка. Чудесное название! Она круто идёт вниз, в центр города. На ней церковь святых Михаила и Константина. Бабушка и папа ходили туда со мной на Пасху». Вроде бы короткое замечание, а сразу вспоминаешь воробьёвскую строку: «день мне казался крашеным яйцом – давним весенним подарком малолетнему сироте» – многое о человеке говорящую.
Наталия Константиновна ведёт медвенцев дальше – на улицу Комунару (Коммунаров). Здесь с 1955 года Воробьёв работал в редакции газеты «Советская Литва».
Приглашает нас дочь писателя на улицу Вяркю. Здесь тоже жили Воробьёвы. В этих местах в 1973 году был снят фильм «Крах инженера Гарина». Таинственный дом за озером, появляющийся в первых сериях, был хорошо знаком Константину Дмитриевичу. «Отец любил смотреть этот фильм по телевизору, удивлялся тому, что любимые им места запечатлены теперь в фильме навеки…», – рассказывает Наталия Константиновна.
А мы идём, идём вместе с ней чудесной дорогой, по которой любил ходить медвенец Воробьёв. Мимо цепи невероятно красивых Зелёных озёр, мимо старинного замка Тышкевича, мимо гнёзд белоснежных аистов… Здесь Воробьёв, заядлый грибник, собирал богатые дары заповедных мест. Отменный рыбак, он сам прямо на костре жарил карасей и лещей. Кажется, различаешь его сквозь завесу лет. Сидит в закатных лучах у палатки с сыном Сергеем и зятем Юрием и о чём-то тихо рассказывает. Может, о Медвенской земле? «Нет, это не исчезает из мира. Оно навсегда остаётся в своём первозданном виде, с началом, продолжением и концом, и хранится в кладовой вселенной где-нибудь там, в космосе, как суть и основание жизни…» – слышим мы голос Воробьёва.
А его дочь продолжает: «Природа лечит и душу, и тело бренное… Недаром отец боготворил Михаила Пришвина и Константина Паустовского. Я давно пришла к выводу, что искренняя любовь к природе, к миру, к отчему дому и людям вокруг дарует по-настоящему  счастливые мгновения… И это не пустые слова…» Истинно, так. Автобиографическую повесть о возвращении в отчий дом «Почём в Ракитном радости» Воробьёв заканчивает признанием, что хотелось ему рассыпать на дороге шелуху от крашеных яиц. Вот обрадуется пешеход! «Увидит и подумает, что это дети насорили. И куда это они только шли? В гости, что ли? Или из гостей?..»
Ольга Артемова

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Читайте так же